Надежда шотландцев – cвятые Андрей и Коламба

 

Шотландия! Смелых людей колыбель,

Стремлений моих неизменная цель,

С тобой я расстался, но в каждом краю

Люблю я и помню Отчизну мою!

 

Роберт Бёрнс «На чужбине»

(Перевод О. Чумина)

 

124_smИз всех наследников древнего прошлого кельтских стран, их истории, культуры и церковности, шотландцы – самая труднопрочитываемая народность. Ирландской поэтичности, валлийской мистичности, корнуольской пасторальности, бретонской изысканности – у скоттов предостаточно. Но особая героика Высокогорья, аскеза Гебридских и Оркнейских островов все эти общекельтские черты густо, как ингредиенты хаггиса, перемешивает. На нашем пороге появляется рыжеволосый горец в килте, гетрах и с Андреевским флагом, в том его изначальном варианте – белый косой крест на синем фоне, – что ещё не был вывернут наизнанку Петром I в  1720 году.

Правильнее шотландцев было бы называть иро-скоттами, хотя британская история последних семисот лет эту возможность свела к минимуму. Гэльский (ирландский) компонент шотландского наследия не исчез, но войны с датчанами, норманнами, карательные рейды Нокса и Кромвеля превратили его в отзвук звонкой и далёкой мелодии, слышимой в горах «Рождённой в битвах страны». «Голые разрушенные хоры, где недавно сладко пели птицы», – сказал об этом Шекспир в 73-м сонете. Легенда о баснословной шотландской древности, происхождении страны и её народа, трогательнее всего запечатлена в поговорке: «A muliera Scota / Vocitatur Scotia tota», то есть: «От женщины Скоты зовётся вся Шотландия».

В кратком изложении история такова: у одного из египетских фараонов была дочь по имени Скота, и её близкие родичи через Испанию в древние времена добрались до Ирландии, откуда, уже во главе с мужем Скоты Эрком и её сыном Гэлом, переселились на земли соседнего острова, в Британию и основали королевство Аргайл (Argyll = Erc + Cael). Ими же был доставлен священный символ власти – Камень Судьбы. Письменная фиксация этой истории в шотландсих анналах относится к раннему Средневековью (Chronicles of the Picts, Chronicles of the Scots and Other Early Memorials of Scottich History. Ed. W.F. Skene). Здесь, как и в случае с нашим «призванием варягов», необходимо остановиться и, выказав должное уважение мифопоэтическому творчеству, принять сторону фактов, поскольку «египетское» происхождение шотландцев, как и арийское русских, ни о чём, кроме как об экспрессивности и богатстве фантазии её сторонников, не свидетельствует. Ирландцы-кельты действительно переселялись на большой соседний остров, в Британию, с начала V века. Там ими было создано королевство Дал Риата, первым правителем которого стал Фергус Мор Мак Эрк (†501), и на западный берег которого в 563 году сошёл святой Коламба, основавший первый монастырь Шотландии. Подробнее это изложено в моей книге «Голубь Церкви…» (Прот. Шабанов А. ««Голубь Церкви» святой Коламба Айонский Просветитель Шотландии».  – Тверь: ФВПК «Миссия», 2004. – 364 с.).

Со святым Коламбой произошло то, что для кельтских святых явление редкое, – он был прославлен практически сразу после своей кончины на Айоне в 597 году (В том же году римский миссионер святой Августин Кентерберийский высадился на британский берег в Кенте). Около 600 года Дайлан Форгайл (Dalian Forgaill – ирл.), имевший возможность слышать рассказы современников преподобного и ещё свежие народные предания, написал небольшую поэму Amra Choluimb Chille. В 623 – 652 гг. пятый настоятель Айоны Седжен (Ségéne) благословил сбор агиографических материалов о Колум Килле – «Голубе Церкви» (ирландское имя святого Коламбы). Результатом этой работы стала «Книга чудес Коламбы» (Book of the Miracles of Columba), принадлежащая перу Куммена (Cumméne), племянника Седжена. Около 650 года две поэмы об «основателе ста Церквей и Просветителе Шотландии» написал затворник с острова Рамм (Rum) айонский монах Беккан мак Луигдех (Beccán mac Luigdech). Окончательная же фаза в канонизации святого была завершена игуменом Айоны с 679 по 704 годы – преподобным Адамнаном, составившим каноническое «Житие Коламбы». Во времена святого Адамнана говорящие по-гэльски монахи-проповедники проникали в северные и восточные земли пиктов. Святой Коламба стал своего рода символом движения гэльской миссии и воспринят королями Дал-Риаты как небесный покровитель, благословляющий распространение их влияния в Шотландии.

Даже никогда не признававшийся в своей симпатии к кельтам, тем более их ирландской составляющей, сэр Уинстон Черчилль считал, что «именно Коламба стал основателем Шотландской Христовой Церкви… так Благая Весть, привезённая святым Патриком в Ирландию, пересекла бурные волны и распространилась по Британскому острову… Монашеское по форме учение Коламбы проделало путь с Востока через Ирландию к своему новому дому, не побывав в центре, в Риме. Кельтские церкви в ранний период не были связаны с всеохватывающей «организацией папства» (У. Черчилль. Рождение Британии. – Смоленск, 2002. – С. 75).

Воспетый в стихах, гэльских молитвах, фольклоре, агиографических памятниках, почитаемый Церковью всех Британских островов, он превратился в колоссальную фигуру покровителя нации и оставался таким её «небесным заступником» вплоть до конца XIII века, пока его не «потеснил» Апостол Андрей Первозванный.

История почитания святого Апостола Андрея в Шотландии, как и в случае «происхождения» самой страны, имеет свою легендарную и документальную сторону. Оно началось в VI веке, согласно первой, и связано с преданием о перенесении мощей Первозванного Апостола из греческих Патр в Константинополь. Византийский император поручил монаху Регулу доставить из «ненадёжного города» раку с мощами в столицу. Святой Регул, уже собравшись или отправившись в дальний путь, получил сонное видение, в котором Ангел Господень повелел плыть не в Константинополь, а к восточному побережью Каледонии (Шотландия), и когда корабль путешественника достиг местечка Макрос (Muckros), то Регул узнал бухту и холм из полученного ранее откровения. Там им был построен храм, в алтаре которого святой поместил раку с мощами. Впоследствии обращённые в христианство пикты (смешавшееся с кельтами коренное население) возвели собор, и вырос город Сант-Эндрюс (St. Andrews).

Вторая, документальная, часть истории рассказывает о том, что уже в VIII веке почитание святого Андрея имело широкое распространение. Ему молились в Нортумбрии и Файфе.

В 832 году король Энгус мак Фергус II, возглавлявший объединённое войско пиктов и скоттов, перед битвой с англами короля Этельстана в ночной молитве просил Бога о даровании победы над многочисленным и грозным противником; дал обет в случае триумфа объявить святого Андрея покровителем Шотландии. Утром, когда взошло солнце и осветило выстроившиеся войска, подул ветер и облака сложились буквой Х, повторяющей форму креста Первозванного Апостола. Кельты воодушевились, англы затрепетали, и войско Энгуса разбило англичан. Через десятилетие, в 843 году при Кеннете I мак Альпине (†858), пикты окончательно объединились со скоттами в государство, названное Альбой и позднее – Шотландией. Крест святого Андрея до 1707 года был одним из её символов. Другой – лев, вставший на задние лапы, – не имел никакого духовного подтекста, но они мирно уживались.

Айону в 802 году сожгли викинги. В 808 были убиты все иноки знаменитой обители. Осталось нетронутым только кладбище. Там и сейчас покоятся останки 48-ми шотландских королей от Фергуса II до Макбета. Здесь же захоронены тела четырёх ирландских и восьми норвежских королей. У Шекспира в «Макбете» спрашивают Мак Даффа, где лежит прах короля Данкана (†1040), и слышат в ответ: «Оно отвезено на Колм-Килл, в священную сокровищницу его предков к хранителю их останков». То есть на Айону, к святому Коламбе (ирландское Колм-Килл, Колмцилл, – «Голубь Церкви»)

В первой половине XIII века основатель Айоны считался любимым святым шотландских монархов. Он являлся им в видениях, давал советы, благословлял, пророчествовал о грядущих победах и предостерегал от опрометчивых шагов. Согласно норвежской саге, Коламба, в сопровождении скандинавских святых Олафа и Магнуса, таинственным образом посетил короля Александра II (1214 – 1249) и отговаривал начинать военную кампанию. (Несколько раз до видения Александр безрезультатно предлагал норвежцам вернуть шотландской короне захваченные ещё в 1098 г. Гебридские острова.) Не прислушавшись к воле преподобного, король снарядил флот и отправился отвоёвывать Гебриды. На острове Керрера в июле 1249 года он занемог  и скоропостижно скончался.

На печати, которой пользовался его преемник Александр III, в 1250 году были начертаны слова из Евангелия от Матфея (10,16): «Будь мудр, как змей, и прост, как голубь» . Авторитетнейший историк Шотландии убеждён: «Такой девиз был избран только потому, что в нём находилось слово «голубь» (=Коламба) (Duncan, Scotland, Edinburg. 1978. P. 556.). Александру, кстати, удалось присоединить Гебриды к королевству скоттов. После его смерти в 1286 году мастера изготовили новую печать, где размещался уже другой текст: «Andreas dux esto Scotis compatriotis» – «Андрей пусть будет вождём шотландцев». Так апостол официально занял почётное место святого покровителя Альбы, и косой Андреевский крест стал знаменем Шотландии. Но Коламбу не забыли. Во многих сельских районах, особенно имевших к нему прямое отношение, или связанных посвящением храмов, он почитался как защитник домашних животных, его именем называли даже растения, ценившиеся за целительные свойства.

Необходимо подчеркнуть, что долгое время святой Коламба, а не святой Андрей считался покровителем набирающей силу нации шотландцев. Его посох, который хранился в Данкелде (Dunkeld), выносили как святыню перед войском горцев, выходившим на сражение против викингов в Корбридже (Corbridge) в 918 году. Он был прославлен как Катхбуайдгх (Cathbuaidh) – «талисман битвы». И спустя 40 лет! раку с частицей мощей святого Коламбы- Брекбеннох (Brecbennoch) поднимали над головами шотландских воинов, вышедших на кровопролитную битву с англичанами при Баннохберне (Bannockburn) в 1314 году.

«Триумф» святого Апостола Андрея как покровителя Шотландии был процессом постепенным, растянувшимся на два столетия. Его можно воспринимать как результат неуклонного римо-католического движения вглубь земель, исторически связанных с наследием почти исчезнувшей Кельтской Церкви. Но это далеко не так. Святой Коламба оставался неизменным покровителем шотландцев. К 16 веку в его честь было освящено 55 церквей, и это больше, чем храмов, посвящённых любому другому ирландскому или британскому святому. Кельтское христианство, апостолом которого  неизменно считался Коламба, – вера, выковавшаяся на окраинах Западной части Христовой Церкви, всегда близкая к Природе, к обездоленности, странничеству, часто – к бедности, уничижению. Вера всегда обращенная к Богу, благословляющему борьбу за независимость, проповедовала  социальную справедливость и милосердие, что не слишком нравилось Риму. И святой Андрей был искренне принят кельтами, так как не отождествлялся с папством.

Национальная память шотландцев хранит два ключевых события героической истории сопротивления: битву при Бэннокберне и принятие «Арбротской декларации» (англ. Declaration of Arbroath – декларация независимости Шотландии в период борьбы за независимость с Англией). Соратник легендарного Уильяма Уоллеса, король Роберт Брюс 23-24 июня 1314 года, встав во главе высокогорного ополчения, около Бэннокберна разгромил сильнейшую армию Эдуарда II. Накануне сражения мощи святых Коламбы и Филлана выносились перед шотландскими отрядами, священники пели старые гэльские гимны и благословляли скоттов кельтскими реликвиями. Невозможное свершилось – Роберт Брюс победил. А 6 апреля 1320 года была подписана Арбротская декларация, – уникальный средневековый документ, воспевающий национальную независимость и свободу. Обращаясь к папе Иоанну III, при всех вежливых оборотах, вроде «святой отец и господин», «Ваше Святейшество», «наместник Господа», шотландцы предупреждали: если римский понтифик «…не откажется поддерживать англичан, к нашему смятению, мы сочтем, что Всевышний вменит Вам в вину умерщвлённые тела, погубленные души и прочие тяготы…». А также обещали: «…доколе хоть сотня из нас останется в живых, никогда и ни в коей мере не покоримся мы английскому владычеству. Ведь не ради славы, богатств и почестей мы сражаемся, но единственно во имя свободы, кою каждый добрый человек утратит лишь вместе с жизнью».

Наступившая в 16 веке Реформация авторитет святого Коламбы не подорвала, и, что удивительно, даже в случае такого радикала, как Джон Нокс, практически не затронула неприемлемую для европейского протестантизма практику почитания святых мощей. Шотландские реформаторы «привлекли» «Утреннюю звезду шотландской веры» в качестве авторитета, чтобы доказать антиримскую природу своего древнего исповедания. Святой Коламба стал их своеобразным протопротестанским предком. Дэвид Калдервуд (David Calderwood), автор «Истории Шотландской Церкви», изданной в 1625 году, восхвалял святого за его суровый аскетический образ жизни, за образованность и подчёркивал, что святой Коламба был пресвитером, священником, а не епископом. Последнее обстоятельство имело большое значение для укрепления образа «своего» в глазах шотландских пресвитериан. В 18 и 19 веках в «профиль» преподобного были привнесены романтические черты «духовного Гаэла» (spiritual Gael), он стал почитаться как «истинный древний христианин». Своим «отцом-основателем» его объявили последователи Епископальной Церкви, а созданная в 1843 году Свободная Церковь Шотландии (Free Church Scotland) подтверждала его первенство в наследии всей Кельтской Церкви, которую она считала своей предтечей.

Римо-католики, в свою очередь, настаивали на том, что монашеская жизнь общин Айоны, как она описана в VII веке святым Адамнаном, соответствовала правилам Вселенской Церкви. Они справедливо указывали на практику частой исповеди, почитания святых, молитв за усопших, наложения крестного знамения, возведения высоких каменных поклонных крестов, на пост и безбрачие духовенства. В 1898 году папа Лев XIII благословил восстановить памятные дни святого Адамнана, Колмана, Фергуса, Маэлрубы и распространить празднование святого Ниниана Уитхорнского и Кентигерна Глазского по всей Шотландии.

Сэр Вальтер Скотт первую главу своей книги «История Шотландии. Дедушкины рассказы», которая названа им «вводной» и описывает драматические события до 1034 года, то есть до Макбетов, заканчивает более чем сдержанно: «Я понимаю, досточтимый малютка Джон, что это скучная глава. Но поскольку тебе предстоит услышать множество историй о Шотландии и Англии, лучше чтобы ты сначала узнал, что собой представляют эти страны» (– М., 2005. – С. 38).

Надо сказать, что малютка Джон узнаёт из «Дедушкиных рассказов» совсем немного. Но шотландцы историю своей страны изучают не по Скотту. В России как раз наоборот: сэр Вальтер, Шекспир, Макферсон и Роберт Бёрнс долгое время были почти единственными источниками знаний.

Шотландец любит свою историю, щедро приукрашивая, но не перевирая некоторые её детали. Он очень хорошо осведомлён об обстоятельствах жизни своих героев и по «клетке» килта не только определяет их клановую принадлежность, но старается выстроить рассказ так, что слушатель узнаёт не то, как герой «свою историю делал», но каким образом он и его близкие сражались за свою свободу, и это сражение становилось историей клана, самой Шотландии.

Уильям Уоллес

Он хорошо помнит, что Высокогорье не придаток Англии, не «провинция овсянки», а место рождения британской государственности, объединившей все части Альбиона под короной Стюартов. В шотландских волынках слышен не заунывный плач, но звуки «мужества обречённых, героика Уоллеса, Брюса и печаль великого невозвращенца Бони принца Чарльза.

Русскому это «мужество обречённых» куда понятней, чем английское «бремя белого человека» (Киплинг), быть может, оттого, что претерпевать русский приучен историей в большей степени, чем призван ею что-то «нести» или навязывать.

Сентябрьский выбор шотландцев можно воспринимать не только как культурный, экологический или политический демарш «обречённых», но реальное противодействие осколков кельтской нации скольжению Британии вниз от традиционных христианских ценностей, тоже, впрочем, уже осколочных, к мифологии нового Глобального мира. «Наша Шотландия». Звучит столь же романтично и пронзительно, как «Наша Каталония», «Наше Косово», «Наш Уэльс»; а «Наш Крым» – тому лучшее свидетельство.

Если 18 сентября 2014 года Шотландия не возгласит «независимость», то она её всё равно возгласит, так как уже очевидно, что перевес голосов в пользу сателлитизма Англии  невелик, а, учитывая порочность современных политтехнологий, его результаты несложно будет подвергнуть сомнению и лет через двадцать всё начать сначала, благо самому движению «за суверенитет» ещё не минуло и ста лет.

Дело за шотландцами и их молитвами к своим вечным покровителям – святым Коламбе и Андрею.

прот. Александр Шабанов.

.

Добавить комментарий